Зарисовочка... Options

[*Kalif*]

From Ranzaar: Вот, разгребал вордовскую макулатуру, и наткнулся на зарисовку к неоконченному рассказу, на тему сиальских легенд... Что скажете?!


…Золотой лес был таким же, как и много лет назад, когда совсем еще молодой Эвтар из Какого То Там Дома (право, эти выспоренные названия уже тогда вызывали в нем лишь отвращение), покинул Листву в поисках того, что могло бы развеять скуку Перворожденного. И сейчас, стоя на клочке земли, отвоеванной людьми у леса, эльф слушал деревья. Неправда что все листья шелестят одинаково; не бывает двух, как капля воды похожих деревьев, одинакового рисунка разветвлений, или корневых ростков. Каждое дерево уникально, у каждого своя история, своя тайна, прячущаяся в кроне. Достаточно уметь внимать лесу, и тогда обязательно, сквозь шум ветра ты услышишь рассказ, подобный которому не найти…
… - И вы надеетесь, что за эти жалкие гроши, я полезу в Заграбу, под стрелы и ятаганы орков, искать лагерь каких то цветочников? – пассаж про жалкие гроши, дался Эвтару довольно тяжело, вот уже примерно полгода, у него не было стабильного дохода. Пятьдесят золотых брошенных на стол, человеком в черном камзоле, вызвали в душе эльфа бурю противоречивых эмоций.
Заказчику было от силы тридцать - тридцать пять лет, худощав, сухопар. Тонкие черты лица. Камзол изысканный, не из дешевого материала, но скроен так, что бы не привлекать излишнего внимания к владельцу. Волосы цвета ночи, камзол явно выбирался им в тон. Глаза цепкие, острые, цвета стали. Они смотрели на Эвтара всего пару секунд, но за это короткое время он разглядел в них ум и власть, и привычку к тому, что все приказы их обладателя выполняются мгновенно и без рассуждений. А еще там не было и следа неуверенности, или страха.
Человек с такими глазами, не может быть знаком с жизнью городского дна, которое диктует свои порядки и устои. Имеет своих судей и палачей. И уж тем более свою иерархию. Не говоря уже, о строго разграниченной сфере влияния. Воры не вмешиваются в дела убийц, а те в свою очередь не лезут в кормушку ночного братства. А в остальном весьма полная иллюзия свободы действий и выбора. Хочешь воруй, хочешь убивай. Не любишь запах риска, или вид крови? Ну, так найди занятие себе по душе – хей-хо вольный город Авендум – здесь для каждого есть место под солнцем, или под пирсом. Это уж как повезет.
Перечень товаров и услуг практически не ограничен. От заказного убийства до десятилетней девочки к вам в постель. Или мальчика. Правда, это будет стоить дороже. Здесь все имеет свою цену, в том числе жизнь человека, и даже эльфа. Поэтому приходилось быть начеку. Настороже. Человеку, который порекомендовал скучающему за стойкой Эвтару, незнакомца в черном камзоле, эльф не то что бы доверял (верить кому-либо в этом городе, было бы опаснейшим заблуждением), но признавал, что дела посредник ведет честно, и поверх определенной суммы за сводничество, заработать не пытается. Это значит что информация, о том, что в трактире была заключена сделка, не промелькнет где-нибудь еще, а останется достоянием троих – Заказчика, Исполнителя и Посредника. И если что-то пойдет не так, то попавшие в беду стороны не будут гадать, в кого воткнуть стальной, остротточеный гостинец. Что значит слово “репутация” – тут разуметься знали. И в меру своих сил дорожили ею. Когда это было выгодно, разуметься.
Мало кто из собравшихся в шумном зале трактира, наполненного запахами пролитого на пол вина, табачного дыма и рыбы с острыми специями, осознавал, что на каждом из них лежит печать их поступков. Так человек, посвятивший всю свою жизнь без остатка, служению Сагре – за сотни шагов узнает такого же, как и он рубаку. Пекарь узнает пекаря, маг – мага. А вор издали почует, такую же, как и он сам, ночную тень. Немногие могли сохранить свою принадлежность всему, и ничему сразу. Эвтар мог. В королевском дворце, в зеленых лесах Заграбы, и даже здесь, среди пьяных матросов, дешевых шлюх, и головорезов всех мастей, его безоговорочно признавали за своего.
Нет, каждое место, каждое приключение в котором он побывал, метили его, как и всех, просто эльф умел держать эти метки глубоко в себе, и никогда не выставлял на показ все сразу. Сотни масок на каждый день, по одной за раз. Порою это утомляло, порою забавляло. Но нигде и никогда, эльф не встречал подобных себе, таких же безликих и таких же многоликих. А сейчас вот встретил. И даже не знал, радует ли его это или пугает. Человек сидящий напротив, просто не мог быть знаком с жизнью городского дна, но, тем не менее, оно сразу признало в нем своего. Человек сидящий напротив тоже любил жонглировать масками.
Еще более странным было то, что человек пришел совершенно один, он не был сумасшедшим, и тем не менее в “Ножницы и Корону” пришел без сопровождения, и более того принес с собой пятьдесят золотых. Когда выяснилось, что это всего лишь задаток, у эльфа мелькнула крамольная мысль стукнуть заказчика чем-нибудь тяжелым по затылку, и сграбастав кошелек убраться восвояси – такой, пожалуй, не обеднеет. Но природная осторожность, и воистину неприродное любопытство, удержали Эвтара от необдуманных поступков. В конце концов, бил он по голове довольно часто, а вот интересные истории слышал, не в пример реже. Бывало, конечно, что ну о-о-очень интересные истории, ему рассказывали именно после таких ударов по голове – но сейчас явно не тот случай. В общем, эльф решил подождать… и не ошибся.
- Эдельвейс не были почитателями цветов, они вообще не признавали цветков кроме одного – давшего имя их отряду, - говорящий закашлялся, и Эвтар воспользовавшись моментом, перебил своего собеседника.
- Да знаю я эту дурацкую легенду, до ужаса слезно, скорбно и пафосно. Впрочем, как и все у людей. Да-да. Не стоит на меня так смотреть. Это типичная людская басенка, о том, как благородные эльфы, охотились на всяких разбойников, да головорезов мстя за гибель какой то сопливой девчонки, прикрывшей их то ли щитом, то ли своим телом. Ну не бред? – Человек в черном камзоле, до этого внимательно слушающий эльфа, лишь покачал головой, показывая, что не согласен с говорящим, но Эвтар вдохновленный его молчанием продолжил. - Сказать вам, как все было по настоящему? Без прикрас, и заунывных воплей о чести и благородстве. Сказать? Так слушайте же - во-первых: в том обозе, следовавшем в Авендум, отродясь не было эльфов - ни один атаман, ни один главарь из лесных шаек, кормящихся на Главном Тракте, не рискнул бы напасть на обоз, в котором ехали эльфы. Знаешь почему? Да потому что Выскорожденные Дома, это не Бездушные Егеря, которые просто повесят. Узнай какой-либо Дом, что от рук людей погиб один из его выходцев, да нам бы была обеспечена вторая Долгая Зима. А что бы сделал с людьми, которые ввергли в его королевство в ТАКОЕ, Сталкон, я вообще промолчу. И что остается?
Заказчик молча развел руками, показывая, что у него совершенно нет версий на этот счет, взмах, который при этом совершили кисти рук, получился донельзя изысканным. И Эвтар в который раз подумал, что этот черный камзол – птица высокого полета. Как минимум дворянских кровей. А с такими следовало держать ухо востро – вот он тебе улыбается, но как только отведешь взгляд, не преминет засунуть в спину что-нибудь поострее, и не потому, что не доверяет, а так на всякий случай - издержки воспитания, как говорится.